Каталин Кристеску, 11.2025

Главное в нашем хобби

Если меня спросят, что я думаю об этом хобби после стольких лет обучения, открытий, выступлений и написания статей обо всем этом, туров по фабрикам, тестирования продукции и многих часов критического прослушивания, я бы сказал, что прежде всего я думаю о людях. Люди, которых я встречал на своем пути, представляют собой самую большую ценность из всего этого опыта. Все они – от моих коллег и друзей из Sound News до знаменитых разработчиков аудио аппаратуры, журналистов и писателей, представителей крупных дилерских компаний и просто друзей-меломанов, – настоящее сокровище. Я очень благодарен всем им без исключения.

Хочу поблагодарить нашего регионального дилера AV Store за предоставленную возможность познакомиться с брендом Aesthetix и продукцией этого бренда в их комнатах прослушивания и в наших системах, а также выразить благодарность коллективу Aesthetix и лично Джиму Уайту – талантливому инженеру и разработчику. Наверное, многим, потратившим целую жизнь – в данном случае более 30 лет – на создание своих изделий и построение бизнеса, было бы скучновато отвечать на вопросы, которые могут показаться им наивными или даже ребяческими. Но в данном случае было как раз наоборот. И настоящее интервью – образец открытости собеседника и его готовности к обмену идеями, мнениями и даже инженерными решениями.

Aesthetix – 30 лет совершенства

Aesthetix – компания по производству аудио оборудования по-настоящему высокого класса, известная в аудиофильском сообществе своими инновационными разработками. Компания была основана в начале 1990-х годов Джимом Уайтом, инженером и увлеченным энтузиастом. Компания Aesthetix, базирующаяся в Соединенных Штатах, специализируется на производстве высококачественных ламповых усилителей, предусилителей, фонокорректоров и цифровых компонентов. Приверженность компании к схемотехническим инновациям и высокому уровню реализации идей обеспечили ей достойное место на рынке высококачественной аппаратуры High End Audio. Начиналось же все с небольшого «гаражного» производства, основанного Джимом Уайтом в его стремлении раздвинуть границы возможного в плане качественного воспроизведения звука с помощью ламп и скрупулезного внимания к любым деталям процесса создания аппаратуры.

У нас была возможность послушать интегральный усилитель Aesthetix Mimas в наших системах, как и линейный предусилитель Calypso, а также усилитель мощности Atlas в версиях Signature и Eclipse. Скоро появится обзор с подробным сравнением этих моделей и оценками качества звучания.

Еще мне удалось испытать ламповый фонокорректор Aesthetix Rhea в моей собственной системе, и я был весьма впечатлен красотой, богатством и чистотой аналогового звучания MC-звукоснимателя с очень низким выходом, возможности которого, как я думал до этого, мне были прекрасно известны. Могу представить, насколько фантастично может звучать этот выдающийся предусилитель в версии Eclipse. Это без сомнения был лучший звук винила, который я когда-либо слышал в моей системе.

Интервью с Джимом Уайтом

Джим Уайт – основатель Aesthetix и весьма уважаемая фигура в сообществе аудиофилов. Он опытный инженер, известный своим инновационным подходом к высококачественному аудио оборудованию. Страсть Уайта к музыке и качеству звука привела его к разработке ультрасовременных ламповых усилителей и компонентов, которые подчеркивают чистоту, ясность и музыкальный реализм. Его глубокие знания в области электроники и стремление к высочайшему уровню реализации его проектов легли в основу репутации Aesthetix как одного из лучших производителей компонентов аудио оборудования. Деятельность Джима Уайта отражает его стремление расширять границы возможного в технологиях аудио и создавать такие изделия, которые вызывают яркие впечатления от прослушивания. Ниже мы приводим ответы Джима Уайта на наши вопросы. Мы благодарны Джиму Уайту за то, что он уделил время и внимание подробному ответу.

SoundNews: Из прочитанного в Интернете я узнал, что компания Aesthetics начиналась с фонокорректора Io Phonostage в качестве первого изделия. Как и у самых авторитетных и успешных брендов, первый опус представлял собой инженерную идею, воплощенную в жизнь благодаря чистой страсти. Мистеру Джиму Уайту нужно было то, чего ему не хватало: по-настоящему высококачественного фонокорректора для MC-звукоснимателей с очень низким уровнем выхода.
Что пробудило ваш интерес к созданию по-настоящему бескомпромиссного фонокорректора, каковым Io продолжает являться даже сейчас, спустя более 30 лет после его появления? Насколько сложно было спроектировать, настолько бесшумный фонокорректор?

Джим Уайт: Io Phonostage начинался как мой личный проект. В начале 1990-х я приобрел звукосниматель с подвижными катушками и очень низким выходом Koetsu Rosewood Signature. В то время цифровые технологии быстро брали верх, и большая часть аналоговых проигрывателей исчезла. Осталось всего несколько производителей звукоснимателей, виниловых проигрывателей и фонокорректоров, и я обнаружил, что ни один из доступных фонокорректоров не может должным образом работать с Koetsu.

Отсутствие подходящего фонокорректора натолкнуло меня на мысли о чисто ламповой схеме с высоким усилением, достаточным для Koetsu. Моя схемотехника не соответствовала общепринятым звуковым парадигмам того времени; на самом деле она имеет больше общего с архитектурой осциллографов Tektronix, чем с типичным аудиоустройством высокого класса. Первый прототип я создал исключительно для себя; я и не думал о его продаже, не говоря уже о создании компании. Так получилось, что я дал его послушать моему другу Джею Накамуре, который был (и остается) убежденным приверженцем аналогового звука. Этот первый прототип не был идеальным; наличие блока питания в том же корпусе, что и чувствительная к помехам аналоговая схема, вызывало определенные проблемы. Несмотря на это, Джей пришел в восторг и убедил меня, что я должен начать разработки целой линейки моделей на коммерческой основе.

Разработка лампового фонокорректора с низким уровнем шумов, способного усиливать сверхслабые сигналы подвижных катушек звукоснимателя, задача не из легких. Немногие компании решались на попытки решения этой задачи, поскольку практически все фонокорректоры, как прошлых лет, так и современные, используют гибридные схемы или внутренние / внешние повышающие трансформаторы, а такой подход мне никогда не нравился. И полностью ламповое решение было для меня единственным способом достичь той музыкальной аутентичности, к которой я стремился.

Конечно, его разработка была только началом. Производство и продвижение Io на протяжении более тридцати лет в десятках стран оказались гораздо более трудоемкими и вместе с тем результативными, чем я мог себе представить. В то время я был полон энергии, энтузиазма и готовности воплотить в жизнь то, что многие считали «безумной» идеей. Оглядываясь назад, я благодарен себе за то, что сделал, потому что Io – это не просто инженерное решение, но радость, страсть и одержимость, которые вдохновили меня на его создание.

SoundNews: Что изменилось за 30 лет в этом фирменном изделии? Схема осталась прежней? Доступны ли по-прежнему используемые электронные компоненты? Как развивался этот необычный проект?

Джим Уайт: За последние три десятилетия конструкция Io в целом оставалась неизменной. Основная схема сохранилась в том же виде, как и тогда, когда я впервые ее собрал. Изменения коснулись отдельных деталей: появились более качественные электронные компоненты, повысился уровень исполнения и возникли новые возможности, которые мы теперь предлагаем. На протяжении многих лет мы совершенствовали это изделие и выпускали обновленные версии, такие, как Signature и Eclipse. Эти версии позволяют заказчикам получить уровень качества и дизайн, которые наилучшим образом соответствуют их потребностям.

Мы постоянно совершенствуем материалы и внутренние компоненты по мере появления более совершенных вариантов. Например, совсем недавно мы стали применять новые трансформаторы с внутренним экранированием и специализированной системой развязки. Это привело к значительным улучшениям, и отклик от давних владельцев Io, которые обновили свои аппараты, оказался весьма положительным. Мы также усовершенствовали конструкцию корпуса, особенно в версии Eclipse, уделив механической прочности и вопросам эстетки такое же внимание, какое мы уделяем самой схеме.

Таким образом, несмотря на то, что в основе Io сегодня лежит тот же самый прототип, это изделие стало более совершенным благодаря постепенным усовершенствованиям на протяжении десятилетий. Это все тот же эталон, который я представлял с самого начала, но более полно реализованный во всех аспектах схемотехники, исполнения и звучания.

SoundNews: Почему именно лампы? В чем преимущества ламп, особенно в таких сверх-слаботочных применениях, как фонокорректор или линейный предусилитель? В чем преимущество использования ламп в первом каскаде усилителя мощности?

Джим Уайт: Почему лампы? Давайте начнем с обратного вопроса – а почему бы и нет? В конце концов, они менее эффективны, требуют высокого напряжения, выделяют тепло, со временем изнашиваются и требуют тщательного тестирования, калибровки и согласования (хотя многие конструкции на транзисторах требуют того же). На первый взгляд существует множество причин отказаться от ламп. И все же есть одна веская причина, которая перевешивает все остальные: качество звука. В правильных условиях – при надлежащем источнике питания и тщательно продуманной схеме – ламповые усилители создают музыкальную презентацию, которая более реалистична, непосредственна и эмоционально насыщена по сравнению с тем, что дает любая другая технология усиления, с которой я сталкивался. Они обладают сверхъестественной способностью формировать эффект присутствия во время воспроизведения музыки.

Разумеется, мы также хорошо разбираемся в проектировании полупроводниковых устройств. Мы десятилетиями используем твердотельные технологии во многих наших продуктах и более двадцати лет создаем гибридные усилители мощности. Мы понимаем преимущества обоих подходов. Однако, когда дело доходит до усиления слабого сигнала, ламповые усилители достигают того, к чему я всегда стремился, создавая изделия Aesthetix: к максимальной аутентичности и привлекательности звучания в плане музыкальности.
Вот почему в усилителе мощности Atlas в каскаде усиления по напряжению работают лампы. Это позволяет нам использовать врожденное ламповое волшебство, в то время как на биполярных транзисторах выполнен каскад усиления по току. В результате получается сочетание лучшего из обоих миров: музыкальная непосредственность и вовлеченность слушателя благодаря лампам с одной стороны и стабильность, повторяемость полупроводников – качества, необходимые для работы с большим разнообразием акустических системам.

SoundNews: Aesthetix начинали с чисто аналоговых устройств и по сей день преуспевают в этой области. Как вы относитесь к цифровому звучанию сейчас и удивляет ли вас стремительное возвращение винила и чисто аналогового воспроизведения в наши дни?

Джим Уайт: Цифровые технологии сегодня, несомненно, становятся лучше, чем когда-либо ранее. Доступность записей с высоким битрейтом и повышенной разрядностью в сочетании с замечательными достижениями в технологии цифро-аналогового преобразования, которые демонстрируют производители микросхем, позволяют поднять цифровое воспроизведение на уровень, который был бы немыслим всего пару десятилетий назад. Мы определенно живем в волшебное время – никогда еще столько музыки не было доступно такому количеству слушателей и в таких высококачественных форматах. Тем не менее, когда я сажусь слушать музыку, я почти всегда предпочитаю аналоговый источник. Винил способен эмоционально вовлечь и заставить почувствовать себя участником музыкального представления так, как ничто другое. Однако я также вполне доволен возможностью прослушивания цифровой музыки дома.

Что же касается возрождения винила, я не могу сказать, что удивлен этим, но вместе с тем меня удивляет, насколько далеко продвинулся аналог. Впечатляют сами масштабы этого явления. Я часто сталкиваюсь с молодыми людьми, у которых есть виниловые проигрыватели и которые с удовольствием покупают пластинки. Как индустрия высококачественного аудио мы должны говорить об этом как о чем-то таком, что нам удалось создать, и это должно наполнять нас оптимизмом.

SoundNews: Обладают ли компоненты Aesthetix теми звуковыми характеристиками, к которым вы всегда стремились? Многие производители утверждают, что у их аппаратуры нет индивидуального звукового почерка, они полностью прозрачны, но это неправда. По нашему опыту, свои особенности звучания есть у любой аппаратуры, и нам нравятся многие атрибуты звукового почерка Aesthetix.

Джим Уайт: Если и существует какая-то звуковая характеристика, к которой я всегда стремлюсь, создавая компоненты Aesthetix, то это реализм – ощущение того, что музыка живет в комнате, а не просто звучит из динамиков. Когда мы идем по улице, мы почти всегда можем отличить воспроизведенную музыку от живой, даже если она звучит в нескольких кварталах от нас. Это различие заключается не в частотной характеристике, громкости или низких частотах, это нечто более тонкое, что остается со мной на протяжении всей моей жизни.

К какому бы выводу я ни пришел, правильному или нет, но именно динамика дает нам самые важные подсказки. И под динамикой я подразумеваю не только разницу между самыми тихими и самыми громкими пассажами. Даже в случае относительно «нединамичных» музыкальных инструментов, таких, как кларнет, имеют место микродинамические флуктуации – крошечные колебания ритма, артикуляции и экспрессии, которые показывают, является ли звук настоящим или воспроизведенным. Невероятно сложно учесть все эти нюансы в аудио компоненте; каждый аспект конструкции должен быть идеальным: топология схемы, выбор компонентов и компоновка – все это играет свою роль.
Однако для меня наиболее важным фактором является источник питания. Каждая толика усилий, вложенных в источник питания, непосредственно отражается на динамике, которая сокращает разрыв между реальностью и воспроизведением. Вот почему мы прилагаем такие усилия при проектировании силовой части наших моделей, включая разработку и производство собственных трансформаторов и дросселей.

Все изделия Aesthetix имеют большой вес, и значительная его часть приходится на мощные источники питания. Возьмем, к примеру, Atlas: он оснащен двумя трансформаторами, тремя дросселями, множеством вторичных обмоток и несколькими ступенями стабилизации напряжений. Линейный предусилитель Calypso, несмотря на меньшие размеры, также оснащен двумя трансформаторами и дросселем. Каждый из этих элементов индивидуально разрабатывался с целью обеспечения максимально чистого, стабильного и динамичного питания, что в конечном итоге позволяет нашим продуктам воссоздавать макро- и микродинамику, которая придает музыке ощущение жизни.

SoundNews: При прослушивании Caypso Eclipse в паре с Atlas у нас возникло несколько вопросов об используемых в них лампах. Во-первых, лампы помечаются как «левая» и «правая». Это делается просто для удобства или схема требует соответствия конкретных характеристик ламп (левый канал отличается от правого)? И если да, то что следует учитывать, если потребуется замена ламп (помимо их подбора по близости параметров)? Кроме этого, выбор ламп в первую очередь зависит от доступности, стабильности и желаемого звукового почерка. В чем смысл выбора конкретных ламп, помимо их качества и стабильности характеристик? Есть ли какие-либо особенные лампы «святого Грааля» или новые типы ламп современного производства, которые вы могли бы порекомендовать? Ведь это такое разочарование и большие затраты – искать, пробовать и подчас терпеть неудачу с разными лампами, так что мы будем очень благодарны за любую подсказку. Мы на собственном горьком опыте убедились, что наиболее сознательные производители действительно заботятся о качестве используемых ламп вне независимости от их цены, и бывает так, что иногда мы не получаем ожидаемых преимуществ от дорогих винтажных ламп NOS (New Old Stock)…

Джим Уайт: Левый и правый каналы в большинстве наших изделий идентичны, в обоих каналах используется одна и та же печатная плата, что фактически соответствует конфигурации «двойного моно» за исключением источника питания. Некоторые изделия, включая Io и Callisto, можно модернизировать до настоящего двойного моно, заменив общий источник питания отдельными блоками на каждый канал.

Что касается ламп, маркировка «левая» и «правая» используется в первую очередь для удобства. Лампы обычно подбираются по усилению в пределах 0,2 дБ, а часто и 0,1 дБ для каждого местоположения в схеме. Это означает, что на самом деле не имеет значения, установлена ли лампа, предназначенная для левого канала, в правом канале (или наоборот) в том же положении.

Как вы заметили, мы выбираем лампы по качеству и стабильности параметров. Мы покупаем тысячи ламп, а затем прогреваем их и испытываем нестандартным способом. Мы не пользуемся стандартным тестером для ламп, вместо этого мы используем анализатор характеристик Audio Precision. Это позволяет нам «видеть» параметры, незаметные для традиционных ламповых тестеров. Мы получаем не только значение уровня собственных шумов ламп, но и его полный спектр. Для каждого положения в схеме у нас есть особые требования к уровню шума и его спектру. Другой пример – искажения. Мы измеряем в лампах не только суммарный коэффициент искажений, но и оцениваем уровень каждой гармоники. Опять же, в определенных местах схемы к этим компонентам спектра искажений предъявляются жесткие требования. Именно по этим причинам приобретаемые у нас лампы предназначены для конкретных моделей и определенного расположения в схеме. Это кропотливый процесс, и многие из закупаемых нами ламп, не соответствующие требованиям, предъявляемым к нашей продукции, отбраковываются.

Что касается ламп NOS, то они, как правило, производились по более высоким стандартам, чем сегодня, главным образом потому, что они были критически важны для средств связи и промышленной инфраструктуры. В то время как некоторым меломанам нравится гоняться за редкими или экзотическими лампами NOS, наша цель – тщательно отбирать и тестировать современные лампы, чтобы обеспечить стабильное и высококачественное звучание.

SoundNews: Являются ли ваши схемотехнические решения основополагающими для звучания Aesthetix (полное соответствие классу А для предусилителей, полностью балансная схема, даже если вход фонокорректора небалансный)? Имеет ли это определяющее значение в вашей идеологии?

Джим Уайт: Да, безусловно. Звучание Aesthetix – это результат каждого конкретного инженерного решения, которое мы принимаем. Даже такие вещи, которые могут показаться незначительными – тип резистора, расположение электронных компонентов на плате, точка заземления – могут оказать неожиданно большое влияние на звук. Одна из моих любимых поговорок «Дьявол кроется в деталях» действительно применима к нашей инженерной философии: нет таких мелочей, которые не имели бы значения.

Если источник является небалансным, он подключается к несимметричному входу, например, phono, но после него мы преобразуем сигнал в балансную форму. Это позволяет нам использовать преимущества балансного тракта передачи сигнала, устраняя посторонние шумы из музыкального сигнала.
Мы тщательно оптимизируем наши схемы, что часто требует серьезных усилий, но именно благодаря этому компоненты Aesthetix звучат так, как они звучат – естественно, прозрачно и эмоционально.

SoundNews: Что добавляет к звуковым характеристикам столь ценимое нами отсутствие глобальной обратной связи? Иногда замена ламп может изменить оттенок звучания намного сильнее, чем при наличии глубокой отрицательной обратной связи. Есть ли какие-либо замечания по поводу особенностей используемых ламп? Если да, то есть ли какие-либо рекомендации по продлению ресурса ламп при сохранении желаемого качества звучания?

Джим Уайт: По моему опыту, схема с нулевой отрицательной обратной связью обеспечивает реализм и естественность, недостижимый для компонентов с ОООС. Отчасти это связано не с отсутствием обратной связи как таковой, а с тем, чего требует отсутствие обратной связи. При использовании обратной связи многие недостатки схемы – некачественный подбор электронных компонентов по параметрам с недостаточно жесткими допусками и другие дефекты – маскируются или «исправляются». Это позволяет производителям использовать компоненты, которые сами по себе могут быть неидеальными. В отличие от этого при проектировании схем без общей обратной связи ни один из подобных изъянов не может остаться незамеченным. Здесь важна каждая деталь, минимальные допуски, компоновка плат. Все это требует чрезвычайно тщательного подбора электронных компонентов, тщательной их отбраковки и прочих трудоемких мероприятий. Процесс становится более сложный и дорогостоящим, но выигрыш по звуку, а именно по непосредственности, прозрачности и ощущению музыкального реализма, на мой взгляд, того стоит.

Что же касается оттенков звука, я всегда избегал разработки изделий, ориентированных на определенный тип лампы или конкретный характер звучания. Я не пытаюсь адаптировать звук к определенному вкусу. Моя цель состоит в том, чтобы наши компоненты работали исключительно хорошо в любой системе, а лампы были надлежащим образом протестированы, классифицированы и подобраны друг к другу по параметрам.

SoundNews: В нашем обзоре усилителя Mimas мы обратили внимание на то, что он в значительной степени является наследником Calypso. Не могли бы вы помочь нам понять различия между отдельным компонентом Calypso с его собственным блоком питания и демпфированным корпусом и предварительной ступенью, унаследованной от Calypso, которая интегрирована в усилитель Mimas?

Джим Уайт: Моей целью при разработке усилителя Mimas была максимальная реализация преимуществ Calypso и Atlas в элегантном интегральном изделии. Ступень усиления напряжения Calypso является важнейшим компонентом схемы Mimas. Мы заменили усилительные лампы с 12AX7 на 6DJ8/6922, что снизило внутреннее сопротивление и чувствительность схемы к электромагнитным полям, создаваемым массивным сетевым трансформатором. Мы также решили использовать тонкопленочные резисторы для поверхностного монтажа. Отчасти это было решение, направленное на экономию средств, но отчасти и практичное, связанное с компактностью и эффективностью производства.
Calypso как отдельный линейный предусилитель оснащен выходным буфером на лампах 6922, обеспечивающим низкий выходной импеданс и развязку. Mimas же не нуждается в такой секции, поскольку его схема усиления по напряжению подключается непосредственно к мощному выходному каскаду.

Еще одной важной областью является блок питания. В Calypso высоковольтный источник питания усилительного каскада использует дроссель и стабилизатор на дискретных элементах – это сложный и скрупулезный подход, который обеспечивает дополнительную прозрачность и расширенные динамические возможности. В усилителе Mimas источник питания представляет собой конструкцию с накопительными конденсаторами без дросселя и также с дискретным стабилизатором, но по упрощенной схеме, более подходящей для интегрального усилителя.

В результате Calypso, работающий независимо и обладающий собственным шасси, развязкой и блоком питания с дроссельной фильтрацией, достигает более высокой степени детальности звука и разрешения. Mimas, с другой стороны, объединяет большую часть этой схемы в компактном и более доступном интегрированном варианте, сохраняя при этом музыкальность, свойственную изделиям Aesthetix.

SoundNews: Без глобальной отрицательной обратной связи дрейф смещения ламп и тепловой дрейф нуля на выходе усилителя приобретают критическое значение. Как вы проектируете цепи смещения, чтобы оно оставалось стабильным в течение многих часов работы при большом размахе колебаний тока выходного сигнала? Используете ли вы активную стабилизацию с помощью термических сенсоров, отслеживающих температуру выходных транзисторов, или для этого оказывается достаточным применение пассивных диодов?

Джим Уайт: Схема смещения в любом усилителе имеет решающее значение не только для измеряемых характеристик и качества звучания, но и в плане долгосрочной надежности и долговечности изделия. Именно по этим причинам мы приложили немало усилий для разработки цепей смещения в моделях Atlas, Mimas и Dione. Мы используем диоды и активные компоненты для обеспечения надежной термокомпенсации, благодаря чему усилитель гарантированно поддерживает нужное смещение и предотвращает дрейф нуля с течением времени и в сложных условиях эксплуатации.

SoundNews: И Calypso, и Atlas в основе своей являются конструкциями двойного моно, но каков ваш реальный подход к заземлению? Применяете ли вы заземление по схеме «звезда», распределенные панели заземления или гибридный подход? Как вы предотвращаете возникновение помех, распространяющихся по земле, при использовании таких больших трансформаторов в непосредственной близости от малосигнальных ламповых каскадов? В чем разница между версиями Signature и Eclipse?

Джим Уайт: Заземление – это одна из тех областей, которая кажется простой на бумаге, но на практике требует огромного количества времени и усилий при проектировании и в производстве. Это оказывает глубокое влияние не только на измеряемые параметры, но и на звуковые качества компонента.
В таких изделиях, как Calypso и Atlas, использующих крупные трансформаторы с несколькими вторичными обмотками, влияние токов по земле становится важнейшим фактором проектирования. В изделиях Aesthetix я обычно использую распределенные панели заземления, а в некоторых ситуациях также применяю заземление в виде звезды для конкретных целей.

Трансформаторы, независимо от их размера или конструкции, генерируют рассеянные магнитные поля, которые индуцируют вихревые токи и токи по земле, и данный эффект становится более выраженным в случае общего корпуса для предварительной и выходной ступеней усиления. Устранение этих проблем может оказаться особенно сложным. В наших изделиях версий Standard и Signature Edition мы используем специальные методы монтажа трансформаторов, которые помогают снизить эти токи.

В версии Eclipse Edition мы идем еще дальше, полностью изолируя трансформаторы и дроссели от корпуса с помощью специально разработанных диэлектрических креплений. Мы также применяем выделенные земляные шины, идущие от корпусов трансформаторов к определенным точкам шасси, что позволяет нам еще лучше контролировать эти токи.

SoundNews: В усилителе Mimas используется трансформатор габаритной мощности 900 ВА с низкими потерями, который вы изготовляете своими силами. Не могли бы вы подробнее рассказать, чем он конструктивно отличается от обычного тороидального трансформатора? Например, проводили ли вы оптимизацию его конструкции по индуктивности рассеяния, по уменьшению напряженности полей рассеяния или улучшению температурных характеристик, и влияет ли это напрямую на звучание Mimas и Atlas? Вы оцениваете качество трансформаторов на слух или исключительно инструментально?

Джим Уайт: В моделях Aesthetix мы используем исключительно трансформаторы с Ш-образным сердечником. Хотя тороиды, безусловно, обладают некоторыми приятными качествами, включая сниженные поля рассеяния и более высокую эффективность, я считаю, что их недостатки перевешивают эти преимущества в высококачественных аудио компонентах. Одной из ключевых проблем тороидов является отсутствие воздушного зазора в сердечнике, что делает их очень чувствительными даже к небольшому постоянному току в первичной обмотке от электрической сети. К тому же, в современных домашних хозяйствах повсеместно используются импульсные источники питания, создающие помехи в линиях электропередачи, проходящих по всему дому. Это представляет собой особую проблему для тороидальных трансформаторов, которые подвержены насыщению при наличии постоянного тока, что лишает музыку динамического воздействия и придает неестественную жесткость или яркость в верхних частотах.

Трансформаторы с Ш-образным сердечником, напротив, по определению имеют магнитный зазор, что делает их гораздо более устойчивыми к насыщению из-за постоянной составляющей тока. Они также менее эффективно передают сетевые помехи во вторичные обмотки, и забавно, что этот их «недостаток» становится достоинством в аудиосистеме. В современном загрязненном помехами электрическом мире эти качества неоценимы для поддержания бесшумной и стабильной основы для усиления.

Когда я проектирую трансформаторы, я ставлю перед собой цель свести к минимуму поля рассеяния, соблюдая при этом требования к стабилизации и тепловым характеристикам, и сделать это таким образом, чтобы решение оказалось практичным с точки зрения затрат и технологичности. Я придерживаюсь ряда общих принципов проектирования, которые, по моему опыту, неизменно обеспечивают наилучшие результаты по звучанию. Поскольку мы разрабатываем и производим наши трансформаторы собственными силами, мы полностью контролируем как выбор материалов, так и технологический процесс. Это значительное преимущество не только в плане измеряемых параметров, но и в том, что это напрямую влияет на прозрачность, динамику и музыкальность звучания всех наших изделий.

SoundNews: Как вы добиваетесь желаемого звучания ваших изделий? Как вы их слушаете? Как это влияет на процесс разработки новых моделей, чтобы в итоге получить изделие с таким же характером звука, но на более высоком уровне?

Джим Уайт: Для меня процесс проектирования всегда начинается с концепции и мозгового штурма. Прежде чем я нарисую схему, мне нужно иметь возможность «увидеть» изделие в целом – где и как в нем будут размещены каскады усиления, выходные каскады, источники питания и т.д. Если я не могу четко представить себе всего этого, я не двигаюсь вперед, потому что, по моему опыту, без такой ясности процесс становится разочаровывающим и в конечном счете бесплодным. Хотя отдельные детали могут меняться в процессе проектирования, фундаментальная структура редко отличается от того, что я представлял вначале.

С этого момента мое внимание переключается на сборку прототипа и его работу, а затем на выявление технических и звуковых проблем. Первоначальный прототип неизбежно выявляет проблемы, что приводит ко второй его версии, которая сужает проблемные области. Обычно я делаю от четырех до шести прототипов, прежде чем приступить к созданию серийного образца, который я с уверенностью отправляю дилерам и дистрибьюторам для оценки. Как только основные технические проблемы решены, я переключаю свое внимание на прослушивание.

Я начинаю прослушивания в своих собственных системах, часто вместе с моим сыном Оззи, нашим менеджером по производству. У него исключительно хороший слух, и его мнение играет решающую роль на этом этапе.

Вместе с ним мы совершенствуем звучание, используя мой «арсенал приемов», который есть у большинства разработчиков и который позволяет нам оптимизировать звучание, как правило, с небольшими изменениями по компонентной базе. Как только мы убеждаемся, что новое изделие соответствует моим целям, исходя из его звучания в моих аудио системах, я иду дальше, предлагая или отправляя прототипы доверенным друзьям, чтобы узнать их мнения и собрать отзывы.

Наша конечная цель – создать изделие, которое будет надежно работать на самом высоком уровне в разных системах, воспроизводя музыку различных жанров, отвечая предпочтениям слушателей и глубоко вовлекая их в музыкальное представление.

SoundNews: Не могли бы вы рассказать нам о чем-нибудь новом или хотя бы намекнуть на что-то такое, что вы планируете в ближайшее время?

Джим Уайт: Заглядывая в будущее, я по-прежнему вижу бесконечные возможности. Неизменным за все 30 лет остается только то, что я создаю только те изделия, которыми я по-настоящему увлечен. Мне никогда не было интересно следить за тенденциями или создавать что-либо только потому, что это может продаваться. Мои разработки аудио компонентов должны приносить удовольствие мне самому реальную пользу миру высококачественного аудио.

Наш предусилитель Metis является хорошей иллюстрацией этой философии. Он полностью построен на гальванических межкаскадных связях – это то, чего я ранее никогда не встречал в ламповых предусилителях. В результате он обладает теплотой и насыщенностью лампового звучания и вместе с тем скоростью и динамикой полупроводников. Это сочетание лучшего из обоих миров, и данная технология найдет свое применение в моих будущих изделиях. Компания Aesthetix всегда ориентировалась на актуальность своих моделей в течение длительного периода времени, поэтому любая модель, которую мы когда-либо производили, до сих пор остается в производстве. Этим мы завоевали доверие к бренду у любителей музыки по всему миру. И теперь, когда мой сын Оззи руководит производством, я знаю, что те же ценности будут сохраняться нами и в будущем. Его преданность как к музыке, так и к высокому уровню производства, дают мне уверенность в том, что компания Aesthetix будет продолжать расти и радовать следующее поколение слушателей.

Заключение

Хочу еще раз поблагодарить нашего друга, консультанта и специалиста из AV Store Лучиана Велеа за то, что он организовал это интервью. Благодарю Джима Уайта за очень подробные ответы и надеюсь, что когда-нибудь мы сможем встретиться снова. И спасибо всем вам за то, что следуете за нами и делитесь своим опытом. Давайте слушать только самое лучшее!